|
|
НОВЫЕ ОБЛАКА ISSN 1736-518X
Электронный журнал литературы, искусства и жизни
Выходит в последний день месяца
10/2008 (47) (31.10.2008, Тарту)
ЕВГЕНИЯ РИЦ (НИЖНИЙ НОВГОРОД, РОССИЯ)
***
Над почвой, от света синей и голубой,
Молодая трава проступает, как ореол,
А кругом неземные выстраиваются города,
Например, Нижний или Орёл.
И впрямь наступает, что ли, последнее лето лет?
Вон городские птицы не чувствуют под собой следа –
А что они, как не след?
***
Из нашей крови, тонкой и слепой,
Они выходят на свет толпой,
Пока мы обувью ступней
Месим глину
И сами оседаем в ней;
А вынь из Божьей твари позвоночник,
И она, глядишь, не поползёт по дну,
Но распластается в длину,
Как подстрочник.
***
Вот скважина таится неземная,
Бьёт из неё горючая вода.
Толпящиеся в воздухе не знают,
Зачем они, и не узнают никогда.
Расщелина, вся – внутренняя область,
Там нет меня ещё, кого-то нет уже,
И только внешний голос
Визжит на тридевятом этаже.
Мне страшно, страшно, я себя не вижу:
Глаза закрою – пусто,
Открою – никого.
Всё это безыскусно, как искусство,
И неестественно, как естество.
***
Проходит день сквозь кости лучевые,
Их белый свет. Зачем они живые?
Зачем над миром, сомкнутым в комок,
Проходит дождь, как жестяной сапог?
Она, наверно, что-то потеряла,
Он уезжать, наверно, не хотел.
Проходит лето в сторону вокзала,
Как анаграмма тела, но не тел.
А те, кто с виду даже не живые,
Они, наверно, тоже лучевые,
Поскольку тоже светят из глазниц
И освещают то, что не воскресло,
Всю эту пыль и откидные кресла,
И то, что ночевало в них.
***
...Пока она по трапу,
Точно по этапу –
И это ли и вправду не этап,
Законченный и чёткий, как эстамп?
Он оставляет воздух, он парит,
Гроза, аэропорт не принимает,
А вот они летят уже, летят,
Как стая летних октябрят.
Экватором сгибается земля,
Но мы пересекаем не экватор,
Здесь брат на брате, это ли не я,
Не линия и даже не змея,
И вовсе невесомая в обхвате.
Здесь ничего никто не просто так,
За каждую коленку и синяк
Они потом приснят.
За полчаса, потом за два часа
Пространство рвёт себя на паруса,
Москва, аэропорт не принимает,
Здесь языков уже не применяют,
Но земляные гомон и толпу
Подносят непосредственно ко лбу.
А после нас на базу променяют.
***
Дерево, которое не цветёт,
Распластало синие рукава.
Это я – дерево, которое не цветёт,
Или цветёт, но сперва
Кашляет и липовый липкий мёд
Харкает из естества.
Это по воле своей
Я тонка и крепка, как дверь,
Перепонка, граница,
Проверь, подвинь.
То, что хранится,
Выцветает из животов и спин,
Не касается личных и мокрых дел.
Дерево, которое не цветёт,
Распластало корни,
И некоторые – над землёй.
Это меня, меня накормят
Поначалу воздухом, а потом – землёй.
***
Вот человек, что немощен и горек,
И он не есть хорошую еду,
И я пойду мимо его построек
И потеряюсь, и назад, наверно, больше не приду.
Я стану бусина, забытая в кармане,
Но нет, не бусина, а нитка пустоты,
Потом меня, наверное, не станет,
Не станет Я, но станет Ты;
И мир расколется – он больше не орешек,
Не улица, не площадь, не снаряд.
Вот я иду, а Ты идёшь навстречу,
Пинаешь листья, и они летят.
***
Как Вертинский, баюкающий свою детку,
Как Георгий Иванов, который вырос,
Тело идёт навстречу всему свету,
Предлагает себя на вынос.
Кто эти люди? Да полно, полно, какие люди?
Это же просто глаза и груди,
И дыхание, которое временами
Покидает нас и парит над нами.
***
Здесь след трамвайного пути,
Автобусного, городского,
Неповоротливый,
Как найденное слово,
Прилипчивый, как жвачка и ландрин,
И набери слюны, и задохнись над ним,
И расколись на тысячу кусков, а
Всё равно подавишься одним.
***
Куда вы катитесь, круглые, как Земля,
Облако надо мной и небо внутри меня?
Ведь если я что-то могла удержать,
То, верно, бы стала держать не вас,
А если пойдут земля или дождь,
То лучше спрятаться под навес.
Мои студенты теперь намного моложе меня,
И это новый опыт на языке ресниц,
Но если б я что-то могла менять,
То именно это
Легче выдержать, чем уронить.
***
Тот, кто путается в словах, улицах и проулках,
Ищет вчерашний день в уголках и балках,
Скоро станет тень, станет одна улыбка,
Известковый слой, лёгочная побелка.
Мы не будем путаться в уголках и стрелках,
Повернём указатель к себе. И слово
Станем ли принимать за дело?
Где за день цепляется плотный остаток ночи
Её ватный ком, ладный чернённый хлопок,
Мы протянем время меж проводов и кнопок,
Проживём короче. |
|
|
 |
